История болезни
В аналогичной ситуации оказывался и Пихлер, первая запись которого содержала следующее утверждение:
«ИСТОРИЯ БОЛЕЗНИ Профессор Фрейд 1923 г.
9.26 Консультация у профессора Гаека
Пациент поставил условием свой отказ от предоставления коллегиальных услуг, настаивая па оплате».
После того как я прошел это испытание, мы договорились о последующих встречах, во время которых я смог бы изучить историю болезни Фрейда и осмотреть его. Поскольку ему трудно было говорить, на предварительное знакомство ушло несколько встреч. Фрейд предоставил в мое распоряжение полную информацию о своих операциях и о проблемах с протезом. Он рассказал мне о своих стенокардических симптомах 1926 г. и эпизодических экстрасистолах. Мы договорились, что я смогу получить любую дополнительную информацию от его кардиолога Брауна. Он очень мало говорил о своих прежних проблемах с сердцем. В то время ни я, ни Браун не имели оснований предполагать, что у него уже наблюдались серьезные сердечные симптомы, беспокоившие его на протяжении нескольких лет.
Также Фрейд рассказал мне о появлявшихся у него временами желудочно-кишечных симптомах, стремясь избавиться от которых он неоднократно ездил на лечение в Карлсбад. Они были типичными для спастического колита. Он также говорил, что в прошлом у него иногда наблюдалось учащенное мочеиспускание, но позже эти симптомы проявлялись уже очень редко.
Общее состояние Фрейде, если не брать в расчет его ротовую полость, оказалось удивительно хорошим. Несмотря на большие сложности с жеванием и глотанием, он приучил себя полноценно питаться. Со стороны сердца тоже не было заметно никаких патологических изменений. Ни само оно, ни аорта увеличены не были. Несмотря на неумеренное курение, у него не было ни хронического бронхита, ни легочной эмфиземы.
Мне потребовалось довольно приличное время, чтобы привыкнуть к его изувеченной операциями носо-ротовой полости. Во рту у него преобладала рубцовая ткань, по площади лишь немногим уступая обычной слизистой оболочке. Тогда я не обнаружил никаких заметных лейкоплакий. Имело место обильное истечение частично гнойного секрета, в основном из правого верхнечелюстного синуса. Во рту было много участков, чувствительных к малейшему прикосновению. Было совершенно понятно, сколь ужасные страдания должны были доставлять ему манипуляции с протезом. А ведь протез пытались улучшить уже очень много раз!
Разумеется, я расспросил Фрейда о его привычках и не обошел стороной проблему его курения. Я быстро смог понять, что курение являлось той сферой, в которой, как Фрейд сам признавался, он не мог установить «доминирование собственного «Я».
Я уже подробно обсуждал попытки Фрейда отказаться от курения (глава 2) во время проблем с сердцем 1893 — 1895 гг. Он не преуспел в них ни тогда, ни позже. Однако характерно, что Фрейд на какое-то время все же бросал курить после появления сердечных болей или мигреней, равно как и после выраженных желудочно-кишечных симптомов. При этом ему неохотно приходилось признаваться себе и другим, что отказ от курения в его случае приводил к незамедлительному смягчению наблюдавшихся у него симптомов. Это ясно видно из одного его письма к Эй-тингтону, написанного 1 мая 1930 г.
«Сердечные и кишечные симптомы вынудили меня отправиться в санаторий, доверившись врачу [то есть мне. — М. Я/.], который на этом твердо настаивал. Здесь я испытал быстрое и существенное облегчение, но не в результате какого-то медицинского волшебства, а по причине моей мучительной автономности1. За последние шесть дней я не выкурил ни единой сигары. Не могу отрицать, что улучшением моего состояния я обязан именно этому самоограничению. И все-же это печально» [курсив добавлен. — М. Я/.].
Такие периоды воздержания были непродолжительны. Порой, когда болезненные симптомы вновь заявляли о себе, Фрейд обращался ко мне: «Я знаю, что Вы собираетесь мне сказать — не следует курить». Через несколько дней отказа от табака он трогательно-обезоруживающе приветствовал меня следующими словами: «Ну вот, я опять начал». Однажды во время летнего отпуска (9 сентября 1930 г.) он написал мне письмо, где говорил, что чувствует себя лучше, и добавлял:
«Мое состояние в целом удовлетворительно; сердечные симптомы отсутствуют. В дебете: ежедневно одна сигара, со вчерашнего дня — две».